Переквалификация налогового правонарушения в мошенничество

Важный материал по теме: "Переквалификация налогового правонарушения в мошенничество" с полным раскрытием сопутствующих вопросов. Если у вас есть дополнительные вопросы, то вы всегда можете обратиться за помощью к дежурному юристу.

Незаконное возмещение НДС: статья 159 УК РФ VS статья 199 УК РФ

Каким образом следует квалифицировать незаконное возмещение НДС: как мошенничество по статье 159 УК РФ или как уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации по статье 199 УК РФ?
Эксперты подробно исследуют природу возврата уплаченного налога с точки зрения исполнения бюджета и возникающих прав собственности на данные денежные поступления.
Рассуждают о наиболее распространенных схемах, которые использует бизнес для «оптимизации» налогообложения, в том числе задаются вопросами: исходя из каких данных можно квалифицировать преступление по той или иной статье, какие деяния охватываются прямым умыслом, какие схемы уклонений от налогов относятся к нарушениям законодательства, совершенным группой лиц.
Отдельное внимание ученые уделяют законопроектам в сфере ответственности за налоговые преступления.

Источник:

ВС принял доводы адвоката и переквалифицировал взятку в мошенничество, снизив осужденному срок

В среду Верховный Суд РФ рассматривал жалобу на приговор Верховного Суда Татарстана, по которому сотрудник налоговой службы был осужден за взяточничество на 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.. Защита и осужденный просили переквалифицировать его действия на мошенничество, прокуратура же возражала, указывая на то, что версия о мошенничестве, нацеленная на изменение наказания, появилась уже в судебном следствии. Тем не менее, судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ переквалифицировала деяние на покушение на преступление, снизила подсудимому срок и отправила его отбывать наказание в колонию общего режима.

Защита бывшего заместителя начальника отдела выездных проверок ФНС по Московскому району города Казани Виктора Васичкина оспаривала в Верховном Суде РФ приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 27 июля 2011 года, согласно которому тот был осужден на 4 года строгого режима. Васичкину инкриминировалось получение взятки от руководителя одного из крупных казанских предприятий — деяние, предусмотренное п. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ. Как следовало из материалов дела, осужденный получил 400 000 руб. в качестве аванса (запрошенная сумма 1 млн. руб. — прим. ред. ) за изменение акта налоговой проверки.

Адвокат по уголовным делам, в свою очередь, указывала на то, что Васичкин факт получения денег признает, однако просит расценить его действия как мошенничество. Эта позиция аргументировалась тем, что осужденный собирался увольняться и, значит, знал, что в проверке участвовать не будет, а потому ничего не сможет изменить в акте по ее результатам. Сам осужденный, связь с которым из зала суда поддерживалась с помощью видеоконференции, заявил, что «адвокат правильно все говорит». «Я раскаиваюсь и прошу смягчить наказание», — добавил он.

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

Благостную картину раскаяния нарушила прокурор, которая напомнила судебной коллегии по уголовным делам, что версия о мошенничестве появилась у Васичкина уже в судебном следствии, тогда как на предварительном следствии он подтверждал факт своего предложения изменить отчет за 1 млн руб. «Показания нацелены на изменение наказания, которое он должен претерпеть за совершение преступления», — констатировала прокурор, указав, что взятка получена 5 апреля 2011 года, а уволился он 7 апреля. «И вообще все это порочит честь и достоинство госслужащего», — добавила она.

Выслушав мнения сторон, суд удалился в совещательную комнату. «Госслужащий» смотрел с другой стороны монитора, пытаясь найти присутствующих в зале близких, адвокат изучал свои руки и старался вообще никуда не смотреть. Спустя минуту родственникам разрешили подойти к экрану, но разговора сначала не получилось — некоторое время отсутствовал звук. «Все будет хорошо, скоро увидимся», — обнадежили осужденного родственники.

«Как зверя какого-то в клетке держат, боже мой», — переживала одна из родственниц Васичкина.

Но настроение в зале заметно улучшилось, когда судебная коллегия ВС огласила свое решение. Приговор был изменен: 3 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима, а деяние переквалифицировано на мошенничество и приготовление к его совершению (ч. 3 ст. 30 УК РФ, ч. 3 ст. 159 УК РФ).

— На УДО подадим через полтора года, да и попроще в общем режиме и минус год… Вы же все понимаете, — радовался адвокат.

— Ну ладно, хоть и так, — согласились родственники.

Источник:

Переквалификация налогового преступления

С каждым днем ст. 199 УК РФ становится все более востребованной сотрудниками правоохранительных органов. Однако в спешке и погоне за высокими показателями следствие зачастую не приводит достаточных доказательств вины подозреваемого. Это дает возможность защите переквалифицировать то или иное преступление, смягчив приговор. А в некоторых случаях даже добиться оправдания подзащитного.

Уголовно-процессуальным кодексом РФ установлено, что на этапе судебного разбирательства переквалификация преступления может быть проведена только в сторону смягчения наказания. Она допустима, если изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и «не ограничивает его право на защиту» (ч. 2 ст. 252 УПК РФ). Переквалификация возможна, когда объем обвинения не соответствует действиям преступника. Поэтому в ходе судебного разбирательства возможно исключение отдельных эпизодов преступления, уменьшение объема причиненного вреда, изменение квалификации преступления на статью, ее часть или пункт, предусматривающие более мягкую ответственность. Таким образом, при переквалификации происходит улучшение положения подсудимого в рамках тех же обстоятельств, по которым ему предъявлено обвинение. Она возможна по инициативе обвинителя, суда или по ходатайству сторон.

Выбор адвокатом конкретных методов защиты зависит от позиции клиента: смягчение наказания или оправдание. В рамках налоговых нарушений (ст. 199 УК РФ) переквалификация возможна, например, с части 2 этой статьи (преступление, совершенное группой лиц по предварительному сговору или в особо крупном размере) на часть 1, предусматривающую меньшую ответственность. Приведем пример подобного дела.

Аргументы и факты

В ходе выездной налоговой проверки за период 2004-2005 гг. налоговая инспекция выявила, что предприятие ООО «Торговый дом «М. ы» необоснованно учитывало расходы при взаимоотношениях с фирмами-однодневками. В результате компания занизила налогооблагаемую прибыль и неправомерно приняла к вычету НДС по их услугам.

О выявленных нарушениях налогового законодательства инспекция поспешила сообщить в Управление по налоговым преступлениям (далее — УНП). Его сотрудники провели необходимые опросы, составили рапорт об обнаружении признаков преступления и отправили собранный материал для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по пп. «а», «б» ч. 2 ст. 199 РФ.

В постановлении о возбуждении дела было указано, что руководство предприятия по предварительному сговору уклонилось от уплаты НДС и налога на прибыль организаций. Общая сумма недоплаты составила 18 млн руб. Под «руководством» следователь имел в виду директора и главного бухгалтера компании. Кстати, такая незначительная деталь, как возбуждение уголовного дела не только по НДС, но и по налогу на прибыль, в дальнейшем будет иметь существенное значение. В отношении главного бухгалтера уголовное преследование прекратили уже через месяц.

Читайте так же:  Налог на недвижимость в майами

Следователь провел необходимые допросы, назначил экспертизу и получил ее результаты, изъял документы, представленные налоговой инспекции при проведении выездной проверки. Предварительное следствие закончилось уголовным делом в два десятка томов.

В предъявленном обвинении неожиданного ничего не было. Формулировки общеизвестные, как то: в такой-то период такое-то «лицо, являясь руководителем предприятия, совершило преступление путем внесения им или иным не установленным следствием лицом заведомо ложных сведений в налоговую отчетность по операциям с номинальными организациями, что выразилось в составлении фиктивных сделок, оформлении фиктивных счетов-фактур, актов приемапередачи товара, что повлекло уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость, и, соответственно, в уклонении от уплаты налога (НДС) в размере 6 400 000 рублей, а также в уклонении от уплаты налога на прибыль в размере 11 600 000 рублей».

Действия защиты

Адвокат обвиняемого настоял на производстве повторной судебной налоговой экспертизы. Налоговые эксперты констатировали невозможность определения реальных расходов предприятия. Соответственно, определить сумму налога на прибыль, которую компания обязана была перечислить в бюджет, также нельзя. Следователю ничего не оставалось, как вынести постановление о прекращении уголовного дела в части преследования коммерсанта по уклонению от уплаты налога на прибыль. Новое постановление было предъявлено только в части уклонения от уплаты НДС в особо крупном размере. Следователь самостоятельно определил, что сумма скрытого налога превышает 20-процентный барьер от суммы всех налогов, подлежащих уплате, закрепленный уголовным законодательством.

Из примечания к ст. 199 УК РФ:

Особо крупным размером в настоящей статье, а также в статье 199.1 настоящего Кодекса признается сумма, составляющая за период в пределах трех финансовых лет подряд более двух миллионов пятисот тысяч рублей, при условии, что доля неуплаченных налогов и (или) сборов превышает 20 процентов подлежащих уплате сумм налогов и (или) сборов, либо превышающая семь миллионов пятьсот тысяч рублей.

Уголовное дело с обвинительным заключением, утвержденным прокурором, было направлено в суд.

Адвокат обвиняемого при подписании протокола об ознакомлении с материалами дела заявил ходатайство о предварительном слушании. Не стоит недооценивать его важность. При правильном ведении дела эта стадия может стать решающей для исхода процесса. Уместно будет напомнить содержание п. 6 постановления КС РФ от 08.12.2003 N 18-П. В нем сказано, что «необходимой гарантией судебной защиты и справедливого судебного разбирательства является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на судебную защиту».

В предварительном слушании дела адвокат заявил несколько ходатайств. Первые были о несоответствии обвинительного заключения требованиям уголовно-процессуального законодательства. Так, следователь не указал способ совершения преступления: каким образом и в какую именно отчетность предприниматель вносил какие-либо сведения и на каком основании обвинение считает, что в налоговых декларациях содержатся заведомо ложные сведения.

Следующее ходатайство касалось участия понятого в следственных действиях и отсутствия надлежащих доказательств преступления. В нарушение уголовно-процессуального законодательства протоколы осмотра вещественных доказательств были составлены и подписаны понятыми (!). Но, оформляя такой протокол, понятой становится участником уголовного процесса, которым являться не может в силу требований п. 2 ч. 2 ст. 60 УПК РФ. Кроме того, ст. 73 УПК РФ определены все обстоятельства, подлежащие доказыванию. Однако следователь уклонился от разрешения обязательных в рамках данного уголовного дела вопросов. Так, не была рассчитана налоговая база по НДС, выводы эксперта носили вероятностный характер (все ответы даны с оговоркой «при условии отсутствия реальных сделок по данному виду продукции»), обвинение содержит неопределенные формулировки, как то: «налоговая декларация и иные документы», «финансовохозяйственные документы», «отчетность».

Суд в удовлетворении данных ходатайств отказал. Основная причина — эти нарушения могут быть устранены в ходе судебного разбирательства и относятся к вопросу оценки доказательств. Тогда защита заявила обращение к прокуратуре с требованием отказаться от обвинения. Дело в том, что обвинительное заключение, а соответственно, и постановление о привлечении к ответственности, несмотря на указание в них на ч. 2 ст. 199, сформулированы по ч. 1 ст. 199 УК РФ.

Так, для квалификации преступления по ч. 2 ст. 199 УК РФ необходимо доказать, что сумма недоплаты превышает 7,5 млн руб. либо 2,5 млн руб. при условии, что доля неуплаченных налогов больше 20% от сумм, которые нужно было перечислить.

При этом согласно п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 28.12.2006 N 64, «исчисляя долю неуплаченных налогов и (или) сборов (свыше 10% или свыше 20%), необходимо исходить из суммы всех налогов и (или) сборов, подлежащих уплате: Выявленная сумма неуплаченных налогов (сборов) должна включаться в общую сумму налогов (сборов), подлежащих уплате».

Согласно проведенной судебной налоговой экспертизе за период 2004-2005 гг. неначисленная и неуплаченная сумма налога на прибыль не установлена. Эксперт указал, что определить ее по представленным первичным документам невозможно. Постановлением о прекращении уголовного преследования в части обвинения в уклонении от уплаты налога на прибыль следователь сам подтвердил, что определить его сумму нельзя. Таким образом, в ходе предварительного следствия им было сделано все, чтобы выполнение требования указанного постановления Пленума ВС РФ в части необходимости определения сумм налогов, подлежащих уплате, стало невозможным.

А не зная общей суммы всех налогов (в том числе и на прибыль), подлежащих уплате, нельзя рассчитать их неуплаченную долю. Поэтому материалы уголовного дела необходимо вернуть прокурору. Подсудимому инкриминируется ч. 2 ст. 199 УК РФ — неуплата налогов на сумму 6,4 млн руб. — без какого-либо указания на квалифицирующие признаки. Сумма уклонения от налогов превышает 2,5 млн руб., но меньше 7,5 млн руб. Однако долю неуплаченных налогов (больше или меньше 20%) определить достоверно нельзя. Следовательно, дело должно быть квалифицировано по ч. 1 ст. 199 УК РФ. По ней же срок давности привлечения к уголовной ответственности составляет два года с момента совершения этого преступления (п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ), и он прошел.

В результате прокурор заявил, что вынужден согласиться с мнением защиты.

Истина — в суде

Судьей было вынесено постановление о возвращении уголовного дела прокурору. Он указал, что в постановлении о привлечении обвиняемого к ответственности и в обвинительном заключении сумма неуплаченных налогов указана без соответствующего исчисления соотношения их доли к общей сумме, подлежащей уплате.

Постановлением КС РФ от 08.12.2003 N 18-П определено, что у стороны обвинения отсутствует возможность какого-либо дополнения следствия или обвинения, ухудшающего положение обвиняемого. Поэтому предъявить новое обвинение по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ без дополнения следствия уже не представляется возможным и фактически запрещено. В такой ситуации следователь вынес постановление о частичном прекращении уголовного дела по ч. 2 ст. 199 УК РФ и предъявил подозреваемому новое обвинение, но уже по ч. 1 ст. 199 УК РФ. После чего вынес окончательное постановление о прекращении уголовного дела по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ, в связи с истечением срока давности.

Читайте так же:  Налоги на недвижимость личный кабинет

А.В. Мелихов,
адвокат Свердловской областной коллегии адвокатов

Источник:

ВС дал разъяснения по переквалификации дел о мошенничестве и по бизнес-амнистии

Верховный суд РФ сегодня опубликовал на своем сайте обзор судебной практики по применению прошлогодних поправок в Уголовный кодекс РФ о дифференциации ответственности за различные виды мошенничества, а также июльского постановления Госдумы об амнистии по экономическим преступлениям, утвержденный Президиумом ВС 4 декабря.

Как отмечает ВС по поводу применения поправок в УК РФ, новые уголовно-правовые нормы в ряде случаев улучшают положение лица, совершившего мошенничество в сфере экономической деятельности. В связи с этим в силу положений ст. 10 УК РФ в отношении таких лиц Федеральный закон от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ имеет обратную силу. В судебной практике возникли вопросы применения нового уголовного закона в отношении лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Кроме того, проведенное выборочное изучение практики применения судами постановления об амнистии выявило ряд вопросов, требующих единообразного решения.

ВС, в частности, указывает, что при переквалификации содеянного со ст. 159 УК РФ на ст. 159.1 ─ 159.6 УК РФ в порядке исполнения приговора судам надлежит учитывать следующие обстоятельства.

Отсутствие в приговоре указания на то, что мошенничество совершено в той или иной конкретной сфере (например, в сфере кредитования, предпринимательской деятельности) само по себе не является основанием для отказа в приведении его в соответствие с новым уголовным законом. При решении вопроса о переквалификации действий осужденных со ст. 159 УК РФ на ст. 159.1 – 159.6 УК РФ суду следует учитывать, в какой сфере совершено мошенничество, исходя из фактических обстоятельств дела, установленных судом и изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

При определении сферы предпринимательской деятельности судам необходимо учитывать, что преступления, предусмотренные ст. 159 УК РФ, следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность или участвующими в предпринимательской деятельности, и эти преступления непосредственно связаны с указанной деятельностью. При этом не имеет значения, каким образом осужденный поступил с похищенным имуществом (например, присвоил себе лично или использовал для предпринимательской деятельности).

Разрешая вопрос о том, является ли деятельность предпринимательской, суды должны руководствоваться п. 1 ст. 2 ГК РФ, в соответствии с которым предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

ВС обращает внимание судов на то, что основанием для квалификации содеянного по ст. 159.4 УК РФ является не только совершение мошенничества в сфере предпринимательской деятельности, но и его сопряженность с преднамеренным неисполнением договорных обязательств. Понятие и условия договора, обязательств, возникших из договора, регламентируются положениями гражданского законодательства (гл. 9, разд. III, IV ГК РФ). Для квалификации содеянного по ст. 159.4 УК РФ не имеет значения, кто является другой стороной договора (коммерческая организация, предприниматель или физическое лицо). Отсутствие в приговоре сведений о договорных обязательствах между осужденным и потерпевшим служит основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о приведении приговора в соответствие с новым уголовным законом.

С полным текстом обзора судебной практики Верховного суда РФ по применению Федерального закона от 29 ноября 2012 г. № 207-ФЗ и постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 2 июля 2013 г. № 2559-6 ГД «Об объявлении амнистии» можно ознакомиться здесь.

Источник:

Квалификации действий налогоплательщика в процессе привлечения к налоговой ответственности

Отдел налогообложения
Управления ФНС России по Тамбовской области

Согласно статье 106 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ, Кодекс) налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное деяние (действие или бездействие) плательщика, налогового агента и иных лиц, за которое Кодеком установлена ответственность.

В законодательстве отсутствует нормативное определение налоговой ответственности. Однако анализ норм НК РФ позволяет утверждать, что налоговая ответственность — это применение к лицу, виновному в совершении налогового правонарушения, предусмотренных Кодексом налоговых санкций в виде денежных взысканий (штрафов).

Глава 16 НК РФ содержит закрытый перечень правонарушений, за совершение которых к лицу могут быть применены налоговые санкции. Следовательно, в первую очередь при привлечении к ответственности налоговый орган обязан установить, содержат ли действия плательщика признаки налогового правонарушения.

Не менее важной задачей также является квалификация налогового правонарушения, которая заключается в выявлении соответствия между деянием плательщика и составом налогового правонарушения, описанным в конкретной норме главы 16 Кодекса.

Привлечение к налоговой ответственности возможно при совпадении совершенного деяния и соответствующего состава налогового правонарушения.

Правильная квалификация деяния является главным условием для привлечения плательщика к налоговой ответственности, так как в зависимости от квалификации правонарушения меняется и размер штрафных санкций применяемых к данному лицу. Применение санкций, которые не соответствуют совершенному им правонарушению, может повлечь признание таких действий налогового органа незаконными.

Как отмечалось выше, при квалификации деяния налоговые органы ограничены закрытым перечнем видов налоговых правонарушений, которые сгруппированы в 14 статьях главы 16 НК РФ. Однако следует отметить, что в одной статье может быть предусмотрено несколько составов правонарушений. Этот факт налоговые органы обязаны учитывать при квалификации правонарушения: если статья содержит несколько частей, то при квалификации указывается конкретная часть соответствующей статьи.

Ссылка в решении о привлечении к ответственности лишь на номер статьи Кодекса без указания ее части приравнивается к отсутствию надлежащей квалификации правонарушения, поскольку это не позволяет определить, какое правонарушение вменяется в вину плательщику. В решении подлежат отражению признаки совершенного правонарушения, т.е. какие действия плательщика стали основанием для квалификации деяния как налогового правонарушения по конкретной норме главы 16 НК РФ. Иными словами, налоговый орган обязан документально подтвердить свои выводы о квалификации деяния. В противном случае будет невозможно утверждать о наличии состава налогового правонарушения в действиях плательщика, что в свою очередь приведет к невозможности привлечь лицо к ответственности. Отсутствие в решении обоснованных выводов о квалификации правонарушения означает несоблюдение предусмотренной законом процедуры.

Следует также остановиться на вопросах, касающихся процесса квалификации правонарушения налоговым органом. Итак, существует несколько этапов.

Первичная квалификация деяния производится непосредственно при проведении мероприятий налогового контроля в случае обнаружения признаков совершенного правонарушения. Данная квалификация осуществляется непосредственно лицом, проводившим проверку, и носит скорее рекомендательный характер, чем обязательный.

Согласно пп. 2 п. 5 ст. 101 Кодекса при рассмотрении материалов налоговой проверки руководитель налогового органа устанавливает, образуют ли выявленные факты состав налогового правонарушения. Т.е. при рассмотрении материалов проверки дается оценка правильности квалификации, произведенной сотрудниками налогового органа, проводившими контрольное мероприятие. Отсюда следует вывод, что в процессе рассмотрения материалов руководителем налогового органа перед принятием решения по результатам проверки проводится вторичная квалификация действий плательщика.

Читайте так же:  Организации агенты валютного контроля

Видео (кликните для воспроизведения).

На данном этапе привлечения к ответственности первичная квалификация может быть либо утверждена, либо отклонена, либо правонарушение может быть переквалифицировано. Следует отметить, что в случае переквалификации правонарушения на стадии вынесения решения налоговый орган не может апеллировать фактами и доказательствами, не изученными при проведении налоговой проверки.

В соответствии с п. 7 ст. 101 НК РФ по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки руководитель (заместитель руководителя) налогового органа выносит решение о привлечении либо об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

После вынесения соответствующего решения территориальный налоговый орган теряет право на переквалификацию правонарушения. Решение о привлечении к налоговой ответственности является итоговым документом налогового контроля, и его дальнейшая корректировка законом не предусмотрена.

Однако стоит отметить, что территориальный налоговый орган не является конечной инстанцией при квалификации правонарушения, а его решение не носит окончательного характера. Так, согласно ст. 101.2 Кодекса плательщик вправе обжаловать решение о привлечении (об отказе в привлечении) к налоговой ответственности в вышестоящий налоговый орган. Порядок обжалования определен главой 19 НК РФ, согласно которой лицо вправе обжаловать как решение налогового органа, не вступившее в законную силу (апелляционная жалоба), так и решение, вступившее в законную силу, которое не было обжаловано в апелляционном порядке.

Жалоба может быть подана как в вышестоящий налоговый орган, так и суд.

По результатам рассмотрения жалобы вышестоящий налоговый орган вправе: оставить жалобу без удовлетворения; отменить акт налогового органа; отменить решение и прекратить производство по делу о налоговом правонарушении; изменить решение или вынести новое решение.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы налоговый орган вправе: оставить решение налогового органа без изменения, а жалобу — без удовлетворения; отменить или изменить решение налогового органа полностью или в части и принять по делу новое решение.

При проверке обоснованности доводов жалобы плательщика вышестоящий налоговый орган проверяет в том числе, верно ли квалифицировано правонарушение, совершенное плательщиком, а право на принятие нового решения по делу о налоговом правонарушении означает, что вышестоящий налоговый орган вправе самостоятельно квалифицировать совершенное плательщиком деяние, т.е. при рассмотрении жалобы возможна переквалификация налогового правонарушения. В отличие от вышестоящих налоговых органов судебные инстанции не наделены возможностью переквалификации. При рассмотрении жалобы суд решает вопросы наличия в действиях привлекаемого к ответственности лица состава вменяемого правонарушения, документальной подтвержденности правонарушения, не давая фактической правовой оценки его действиям.

Источник:

Взяточникам хотят запретить превращение в мошенников

Закрыть лазейку в Уголовном кодексе, позволяющую взяточникам избегать огромных штрафов, желает МВД, некоторые депутаты Госдумы и общественники. Решение проблемы традиционно — изменение Уголовного кодекса и введение новой статьи за «получение незаконного вознаграждения». Только противников у новации чрезвычайно много и доводы их серьезны. Судья ВС в отставке Владимир Радченко вообще разглядел в документе «намек юридической истеричности».

Попавшиеся на даче или получении взятки нередко добиваются переквалификации своих действий на мошенничество, говорил вчера на круглом столе в Госдуме единоросс Рафаэль Марданшин. А иногда и специально ставят такие задачи перед своими адвокатами. Причина — в более мягком наказании. Самая строгая санкция за получение взятки — в особо крупном размере — это лишение свободы на 8—15 лет и штраф в размере 70-кратной суммы полученного (ч. 6 ст. 290 УК), а за мошенничество предусмотрено лишение свободы до 10 лет и штраф не более 1 млн руб. (ч. 4 ст. 159 УК). «Такая коллизия в нашем законодательстве есть, эта лазейка дает нашим коррупционерам порой уходить от заслуженного возмездия», — рассуждал депутат. Второй причиной для переквалификации становится сложность доказывания взяточничества. «Требуется поэтапное осуществление оперативных действий, — заметил Марданшин. — Также сложности возникают из-за отказа должностных лиц участвовать в оперативных экспериментах и давать обличающие показания в отношении вышестоящих должностных лиц».

Лидер движения «Бизнес-Солидарность» Яна Яковлева предложила участникам проекта единороссов «Комфортная правовая среда» решить проблему с помощью изменения УК. Законопроект, по сути, реализует давние планы МВД о введении в кодекс нового состава — «получение незаконного вознаграждения» (ст. 290 1 ). Предлагается ввести наказание за «получение лично или через посредника вознаграждения в виде денег, ценных бумаг за обещание совершить в пользу взяткодателя или представляемых им лиц действия (бездействие), относящиеся к служебным полномочиям лица, при отсутствии полномочий» либо за обещание оказать влияние на уполномоченное должностное лицо. В качестве наказания предусмотрено лишение свободы до двух лет со штрафом в 10-кратном размере от полученного. Значительный размер вознаграждения «стоит» на один год свободы дороже, а для госслужащих обернется еще и 40-кратным штрафом, для вымогателей или взявших «гонорар» в крупном размере — в 50-кратном. За особо крупный размер суды смогут отправить виновника за решетку на 7—12 лет и добавить штраф в 60-кратном размере.

Яковлева доказывала необходимость перемен на собственном примере. Вымогавшие у нее 3,5 млн руб. во время проверки ее компании «Софекс» налоговый инспектор Руслан Рувинов и полицейский Андрей Балабанов были признаны не взяточниками, а мошенниками. Первый осужден на два года лишения свободы и штрафу в 150 000 руб., а Балабанов — на один год и девять месяцев. И таких случаев много, продолжала Яковлева, по статье «взяточничество» «у нас никто и не садится». В подтверждение своих слов она приводила статистику главы Верховного суда РФ Вячеслава Лебедева, озвученную на днях на совещании судей: в 2013 году за коррупционные преступления осуждены 9500 человек, из них более 70 % за взятку менее 10 000 руб. «Понятно, что это бытовая коррупция: учителя, врачи и так далее. Очень маленький процент осужденных за взятку крупнее именно по статье взятка, — рассуждала Яковлева. — В правоприменении что-то сложно поменять. Мне показалось, должна быть статья, которая бы прикрывала эту лазейку, раз уж мы не можем правоприменение поправить».

Замначальника Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД Борис Колесников поддерживал Яковлеву и объяснял, почему взяточники превращаются в мошенников. Нечетко прописаны должностные инструкции, объяснял он, налоговый инспектор берет взятку, но по инструкции он не вправе взыскивать штрафы, поэтому дело заводится по статье «мошенничество». Та же ситуация и при задержании руководителя налоговой инспекции — он не отвечает за начисления штрафов. «Замкнутый круг. Все эти чиновники дома, [у них] земельные участки, квартиры, которые можно было бы арестовывать и взыскивать в качестве штрафов в госказну», — был недоволен Колесников. Предложенный законопроект, считает он, «облегчит работу» правоохранителям.

Скептичен был и замначальника управления по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции Генпрокуратуры Сергей Иванов. Он назвал предлагаемую норму «непроработанной». И заподозрил, что законопроект призван скрыть недоработки полиции при оперативно-разыскных мероприятиях путем введения новой статьи.

Читайте так же:  Состав административного правонарушения пример

Адвокаты тоже увидели в документе недостатки. Вадим Клювгант называл «профанацией» попытку объяснять новеллы тем, что «сложно что-то доказывать или расследовать». «[Это] не может быть критерием законотворческой деятельности. Никогда не было легко выявлять, доказывать такого рода преступления. И не должно», — возмутился он. При этом он остался недоволен юридической техникой законопроекта: «Вопросов больше, чем ответов». Эту тему подхватил его коллега из адвокатского бюро «Резник, Гагарин и партнеры» Андрей Горленко. «Понятно, что хотели уйти от взятки, поэтому появилось неопознанное некое определение незаконного вознаграждения. Но если посмотрим на текст, опять возвращаются к термину «взятка». В третьей строчке говорится «в пользу взяткодателя», — обратил внимание он. — Может, нет самоцели вводить отдельный состав, может, стоит поработать с уже существующими составами?»

«Намек юридической истеричности» в поправках в УК разглядел судья ВС в отставке Владимир Радченко. Он назвал документ «стандартным, но глубоко неправильным». По его мнению, надо обратить внимание на другую проблему: из-за введения кратных штрафов в стране появился «институт лиц, которые, помимо убийц, пожизненно будут отбывать наказание». «Три миллиона предложил. Штраф — 120 млн. Отсидел срок, а дальше что? Он пожизненно будет отбывать наказание, — говорил Радченко. — Это не возмещение ущерба! Когда до конца дней уголовное наказание — это, по моему, не есть хорошо».

Но обильная критика не заставила авторов законопроекта отказаться от своих планов. Марданшин заметил, что все-таки проблема переквалификации деяний существует и нужно законопроект доработать.

Источник:

Мошенничество — переквалификация состава преступления и прекращение уголовного дела

Привлечение к уголовной ответственности по обвинению в мошенничестве больная тема практики российского уголовного процесса, имеющая ряд проблем и для потерпевших и для обвиняемых, и на стадии до следственной проверки, и на стадии предварительного расследования возбужденного уголовного дела, и в ходе судебного разбирательства. В настоящей статье невозможно охватить весь комплекс этих проблем, поскольку это потребует предметного анализа ряда объёмных материалов и уголовных дел экономического характера, по которым я представлял интересы потерпевших или защищал обвиняемых. Поэтому здесь остановлюсь на некоторых обстоятельствах одного уголовного дела, по которому пришлось работать мне и моим коллегам адвокатам Гунченко Д.А., Малькову В.Д. и Тарасову М.А. на разных стадиях уголовного судопроизводства со стороны защиты.

Фабула дела.

После ряда проверок, вынесенных и отменённых постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, в отношении индивидуального предпринимателя Г. 05 апреля 2011 г. было возбуждено уголовное дело по обвинению по ч. 2 ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному совершённые группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину). Следствие вменяло Г. в вину, что она, предоставляя бухгалтерские услуги индивидуальному предпринимателю Г-й, вошла в доверие к последней и в период с мая 2007 года по октябрь 2010 года похитила у Г-й более 200 000 руб.

Кимрский межрайонный прокурор Тверской области Михеев С.В. утвердил обвинительной заключение и 13 марта 2012 года направил уголовное дело в Кимрский городской суд Тверской области. Постановлением Кимрского городского суда от 03 сентября 2012 года (Федеральный судья Мустивая Т.Е.) уголовное дело было возвращено прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении судом.

19 декабря 2012 года уголовное дело в отношении Г. по обвинению по ч. 2 ст. 160 УК РФ было прекращено и ей было предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 159 УК РФ (мошенничество, совершённое группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину), обвинительное заключение было утверждено прокурором и дело вновь было направлено в суд.

Федеральный судья Осипова О.В. постановлением от 19 марта 2013 года вернула уголовное дело прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении судом.

В третий раз обвинительное заключение по уголовному делу было утверждено заместителем Кимрского межрайонного прокурора Махмудовым З.Ш. 26 июня 2013 года и уголовное дело в третий раз было направлено в суд.

После рассмотрения уголовного дела по существу в течение 5 месяцев, действия Г. были переквалифицированы судом на ч. 1 ст. 159.4 УК РФ (мошенничество, сопряжённое с неисполнение договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности), и уголовное дело прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (постановление Кимрского городского суда Тверской области от 28.11.2013г. по уголовному делу № 1-129/13 о прекращении уголовного дела, Федеральный судья Осипова О.В).

Комментарий

Что осталось за рамками постановления суда о прекращении уголовного дела, абстрагируясь от вопроса доказанности и/или недоказанности вины Г. в инкриминируемом ей преступлении.

Состав преступления, предусмотренный статьёй 159.4, был введён в Уголовный кодекс РФ в соответствии с Федеральным законом № 207-ФЗ от 29 ноября 2012 года, то есть в период расследования указанного уголовного дела. Соответственно, следователь СО МО МВД России «Кимрский» Захарова Т.А., расследовавшая уголовное дело, начальник следственного отдела Зародова Т.Г. обязаны были прекратив уголовное дело в отношении Г. по обвинению по ч. 2 ст. 160 УК РФ, переквалифицировать инкриминируемые ей действия не на ч 2 ст. 159 УК РФ, а на ч. 1 ст. 159.4 УК РФ, и прекратить уголовное дело на стадии предварительного расследования, а не направлять уголовное дело с обвинительным заключением прокурору. А прокурор, в свою очередь, должен был утвердить постановление о прекращении уголовного дела, а не обвинительное заключение с заведомо неправильной квалификацией действий Г., и не направлять уголовное дело в суд. Однако и прокурор, и его заместитель утверждали два последних обвинительных заключения по данному уголовному делу не только с заведомо неправильной квалификацией инкриминируемого Г. преступления, но обвинительные заключения по уголовному делу, по которому срок давности привлечения к уголовной ответственности истёк.

Репрессивно-обвинительный характер отечественного уголовного судопроизводства объективно стал причиной того, что доводы защиты о необходимости прекращения производства по делу на стадии предварительного расследования уголовного дела услышаны не были, не были они услышаны и на стадии предварительного слушания в суде.

В результате расследование уголовного дела длилось более двух лет. В течение этого периода, уголовное дело с обвинительным заключением трижды направлялось прокурором в суд, и суд дважды возвращал уголовное дело прокурору по ходатайству защиты для устранения препятствий в его рассмотрении судом. Затем 5 месяцев суд, прокурор и адвокаты были заняты рассмотрением уголовного дела, которое со всей очевидностью не должно было поступать в суд для рассмотрения в третий раз.

Не вдаваясь в детали допущенных следствием грубейших нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, на которые указал, в том числе и суд, очевидно, что возвращение уголовного дела прокурору судом дважды, само по себе свидетельствует о безобразном расследовании и низком уровне прокурорского надзора за расследованием данного уголовного дела. И хотя, в конце концов, Г. была освобождена от уголовной ответственности по вышеприведённым судом основаниям, доказанность обвинения, предъявленного ей в окончательной форме, вызывает большие сомнения.

Читайте так же:  Административный штраф за утерю паспорта

Адвокат Е.А. Нагорный
февраль 2014 года

По вопросам полной или частичной публикации материалов статьи обращайтесь к автору. В случае использования отдельных цитат или ссылок на информацию статьи, обязательным требованием является указание автора, названия статьи и ссылки на первоисточник в виде advokat-nagorny.ru

Постановления суда

Из постановления Кимрского городского суда от 19 марта 2013 года о возврате уголовного дела прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении судом (Федеральный судья Осипова О.В.): «… Ранее, в постановлении Кимрского городского суда от 03 сентября 2012 года было также указано о том, что, по мнению суда, описание фабулы преступления вызывает сомнение, в каком же всё-таки преступлении обвиняется Г., т.к. в описании фабулы преступления, которое вменяется в вину Г., указано, что она совершила тайное хищение, а в последующем делается вывод, что она присвоила вверенные денежные средства. Соответственно неясно, из данной фабулы, совершила Г. преступление, предусмотренное ст. 158 УК РФ, либо ст. 160 УК РФ, т.к. в описании фабулы преступления расписаны два вида хищения имущества.

В рамках дополнительного расследования следователь вместо того, чтобы устранить недостаток в описании фабулы ранее вменённого преступления, меняет квалификацию деяния, которое, по мнению следствия, совершила Г., предъявив ей обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, что является незаконным, поскольку проведение дополнительного расследования по уголовному делу, возвращённому судом в порядке ст. 237 УПК РФ прокурору и далее следователю, связанное с восполнением неполноты проведённого следствия уголовно-процессуальным кодексом РФ не предусмотрено.

В данном случае, следователь проводит дополнительное расследование, в рамках которого выполняет следственные действия, направленные на восполнение неполноты ранее проведённого расследования … с целью переквалификации действий Г. на ст. 159 УК РФ и на основании дополнительно полученных доказательств предъявляет Г. новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Кроме того, описание фабулы преступления, вновь вызывает сомнение, в каком преступлении обвиняется Г. в обвинительном заключении указано, что Г. совершила мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём злоупотребления доверием, при этом далее в фабуле обвинения во всех эпизодах указывается, что Г., реализуя свой преступный умысел, с целью личного обогащения, не имея намерения в полной мере выполнять данные Г-й обещания, злоупотребив доверием Г-й, присвоила денежные средства в сумме…

Из данных формулировок обвинения неясно, какое преступление совершила Г., мошенничество, либо присвоение, поскольку это два разных преступления, и две разных формы хищения чужого имущества и ответственность за данные преступления, предусмотрена различными статьями Уголовного кодекса РФ.

Также из предъявленного обвинения непонятно, каким способом было совершено мошенничество в отношении Г-й, поскольку из фабулы обвинения следует, что Г. совершила мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину. Однако в описании фабулы обвинения указано, что Г. с целью хищения денежных средств вошла в доверие к Г-й, при этом не указано, когда это произошло…

Предъявленное Г. обвинение в своей описательной части содержит два взаимоисключающих способа мошенничества: обман и злоупотребление доверием, в то время как диспозиция статьи 159 УК РФ гласит, что мошенничество может быть совершено путём обмана или путём злоупотребления доверием …

Из предъявленного обвинения не следует, в чём выразилось злоупотребление доверием потерпевшей, и указано, что Г. сообщила ложные сведения, при этом не указано, а в чём же ложность сообщённых сведений, почему сообщённые сведения являются ложными…

Суд, заслушав мнение участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, исключающих возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе этого заключения.

Согласно ст. 171, п. п. 3, 4 ст. 220 УПК РФ в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении должны быть указаны: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, подлежащие доказыванию в соответствии с п. п. 1-4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

Постановлением Кимрского городского суда Тверской области от 03.09.2012 года данное уголовное дело возвращалось Кимрскому межрайонному прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи с тем, что не установлено место совершения преступления.

При указанных обстоятельствах уголовное дело подлежит направлению Кимрскому межрайонному прокурору для устранения недостатков его рассмотрения судом.

Из постановления Кимрского городского суда от 28 марта 2013 года о прекращении уголовного дела (Федеральный судья Осипова О.В.): «…В судебном заседании государственный обвинитель просил переквалифицировать действия Г. с ч. 2 ст. 159 УК РФ на ч. 1 ст. 159.4 УК РФ, по которой освободить Г. от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

…Таким образом, судом установлено, что правоотношения, возникшие между Г. и Г-й, сложились в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности.

Суд также соглашается с позицией государственного обвинителя о том, что действия Г. не могут быть квалифицированы по признаку «причинения значительного ущерба гражданину», поскольку установлено, что Г-й является индивидуальным предпринимателем и ущерб причинён ей в связи с осуществлением ею предпринимательской деятельности.

При указанных обстоятельствах действия Г. подлежат квалификации по ч. 1 ст. 159.4 УК РФ – как мошенничество, сопряжённое с неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности.

В судебном заседании подсудимая Г., защитники Нагорный Е.А., Мальков В.Д., Тарасов М.А. просили прекратить производство по делу в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Суд, заслушав участников процесса, приходит к следующему.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 159.4 УК РФ относится к категории преступлений небольшой тяжести.

В соответствии со ст. 78 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности за преступления небольшой тяжести составляет два года.

Срок давности привлечения к уголовной ответственности по данному делу истёк 11 октября 2012 года.

При указанных обстоятельствах Г. подлежит освобождению от уголовной ответственности по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ».

Задать вопрос адвокату по возможному прекращению уголовного дела

Видео (кликните для воспроизведения).

Письменная консультация адвоката предоставляется на условиях предоплаты на р/счёт адвокатского образования.

Сайт адвоката Нагорного Евгения Александровича. Телефон 8(903)973-8801
Об адвокате | Специализация и услуги | Судебная практика | Публикации | Задать вопрос адвокату | Контакты | Lawyering in Russia | Поиск
© ADVOKAT-NAGORNY.RU 2009-2019
Любое использование опубликованных материалов без разрешения правообладателя запрещено.

Переквалификация преступления, прекращение уголовного дела. Вопрос адвокату.

Источник:

Источники

Переквалификация налогового правонарушения в мошенничество
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here